Август, восьмой месяц года. Восьмерка – бесконечность, непрерывность цикла жизни, смерть и рождение, начало и конец. В общем, сплошная магия, если верить мудрецам. Я закрываю глаза и вижу фиолетовый свет, полупрозрачный, теплый свет вечера на юге Франции, куда я так хочу попасть в конце сезона, когда уедут его пластиковые посетители и берег выдохнет всеми своими мистралями и вернет себе шарм, которым я очарована давно и навеки.
Нет, это было не в 2008-м, это было вчера. Я сижу на заднем сидении большого черного мерседеса, который по серпантину везет нас с подружками в Монте-Карло, остальные где-то застряли. Все, что я вижу – искрящаяся бесконечная бирюза, но вдруг тяжелая машина на очередном вираже выныривает над бухтой Вильфранш и у меня перехватывает дыхание. Я много раз сюда возвращалась – на несколько дней и на пол-лета, были фейерверки и шампанское, вечеринки и яхты, драмы и комедии, встречи по делам и по велению сердца, были семейные ужины на террасе с родителями, бабушкой и дедушкой и тихие дни на пляже. Было много хорошего, яркого, летнего, но это первое потрясение красотой ничего не перебило. Тогда мы жили в Болье, как джетсет столетний давности, который ничего еще не знал о Сен-Тропе, Брижит Бардо его еще не открыла. Интересно, сможет ли ее дух защитить берег от разрушения пошлостью?
Говорят, августу нельзя верить, ведь он, как вечер воскресенья, – слишком скоро кончится. Но уж больно все мягко и тепло, чтобы быть начеку. Этот месяц, как голос Шаде – обволакивает и манит к сладким грезам, что живут на тех мысах, где растут пинии с пушистыми верхушками и цветет магнолия. Удивительно, что этой музыки могло не быть, а Шаде, закончив свой Сент-Мартинс, стала бы делать мужскую одежду. Но восьмерка утверждает, что все предрешено, весь она – сама карма и неотвратимость судьбы.
Август – последний месяц лета, но это неправда, потому живое и теплое не проходит, оно всегда с нами, даже когда его нет. Но пусть август забирает отжившее, пусть бросает со скал замшелые убеждения, связи, страхи. А пока он занят делом, мы покружимся на поворотах этой восьмерки и выйдем из нее, как в знойный полдень из соленой, чуть горькой воды Средиземного моря – свежими и сильными, с гордой осанкой, которой так подходят черные строгие платья Saint-Laurent. Ведь не даром этот великий творец родился именно первого числа этого месяца, у которого нет конца.
Magic, I’m waiting…