Любые крупные спортивные соревнования — Олимпийские игры, Чемпионаты мира и Европы, теннисные турниры Большого шлема и тд. дарят миру новых героев. Так FIFA World Cup 2026 открыл нам Джуда Беллингема, под обаяние которого попали миллионы. Казалось бы, о чем тут говорить, Джуд Беллингем чертовски красивый и этого достаточно для того, чтобы свести с ума полмира. Но личности, подобные Джуду, вызывают эмоции гораздо более многогранные, чем чувства, которые, например, испытывает подписчик инфлюенсера. Против токсичных зависти, желания обладать и чувства сопричастности идут уважение к мастерству, восхищение и национальная гордость, то есть, реакции гораздо глубокие и созидательные. Опираясь на факты, реакции социума, собственный опыт членства в юношеской сборной России и наблюдения за разнообразными чемпионами и призерами Олимпийских игр, чемпионатов мира и Европы, которые окружали меня с детства, я решила разобраться, почему мы не влюбляемся в пластиковое совершенство, но легко попадаем под чары чемпионов.
В наш век соц сетей и искусственного интеллекта, который по прогнозу социологов грозит убить ценность собственных мозгов, как будто все, что нужно человечеству – физическая красота. Эту теорию подтверждает и рынок эстетических услуг, который год от года только растет вопреки полыхающему в войнах и кризисах миру. Так в этот тренд отлично попадают спортсмены с их недоступными для обычного человека прекрасными телами, наблюдать за которыми безусловно приятно. Но парадокс в том, что общественный отклик на атлетов связан не только с эстетическим удовольствием.
Образ спортсмена несет пласт информации, которую окружающие считывают на подсознательном уровне. Так в данном случае, физическое совершенство – не просто дар природы, но награда за годы раннего подъема, преодоления боли, отказа от излишеств. Подсознательно этот акт воли вызывает уважение. То есть, провоцирует отклик не сама эстетика, а понимание, какой ценой она была достигнута. Трогает зрителей, конечно, и мастерство. Грация гимнастки, синхронистки или легкоатлета вдохновляет сложностью движений, спортсмен видится человеком, который как бы стал супергероем, в этом сообщении мы слышим – смог он, смогу и я.
Разумеется, привлекательности спортсменам добавляет их харизма, основанная на уверенности в себе и считываемая через телесные паттерны – открытый взгляд и улыбка, естественное поведение, ровная осанка, спокойная речь и походка. В этой уверенности нет нарциссизма, присущего представителям социальных сетей, поэтому эмоции, которые мы испытываем в спортсменам так сильно отличаются от тех, что вызывает глупый самовлюбленный блогер. В футболистах, срывающих с себя майки, в пловцах, разминающихся перед стартом, в сексуальных движениях синхронисток перед прыжком в воду, нет позерства, их действия (как и результаты) не подделать монтажом.
За этой привлекательной естественностью стоит уверенность в себе, которая не имеет отношения к хрупкой дофаминовой радости от сетевого внимания. «Олимпийское спокойствие» – результат многогранного воздействия на человека через психологические и биологические процессы.
В 1977 году Альберт Бандура, выдающийся канадско-американский ученый, профессор Стэнфордского университета, сформировал концепцию самоэффективности, которая наиболее применима как раз в спорте. Ее суть – вера человека в свои способности для достижения результата. Самоэффективность – не оценка реальных навыков и компетенций, а субъективное убеждение в собственном профессионализме. Бандура подчеркивал: «Люди, обладающие высоким чувством самоэффективности, подходят к сложным задачам как к вызовам, которые нужно освоить, а не как к угрозам, которых следует избегать».
Самоэффективность у спортсменов формируется, благодаря нескольким факторам. Главный источник – опыт мастерства. Осваивая те или иные движения, ученик укрепляет веру в собственные силы, постепенно справляясь с более серьезными вызовами. Опыт мастерства – это многократный положительный ответ на вопрос «могу ли я?», он напитывает внутренние опоры на много лет вперед. Также важно вербальное убеждение, когда похвала тренера как значимого взрослого помогает справляться с тем, чем справиться невозможно. Мой роман с синхронным плаванием начался, кстати, именно так. Я была в третьем классе, когда маме позвонила хореограф, наругала нас, что я прогуливаю и сказала «вообще-то, мы хотим вообще отправить ее на Первенство России в Москву». В третьем классе это звучало, как приглашение на Оскар. С этого момента я не пропустила ни одной тренировки до конца своей внезапно оборвавшейся карьеры. Ну и важную роль играют, конечно старшие, на которых ох, как хочется быть похожим. Видите Мбаппе под плакатами Рональдо? Я тоже была такой. В 14 лет, выиграв Россию по своему году, я оказалась на сборах со взрослой сборной, которая тогда готовилась к Олимпиаде. Состав команды виделся мне не менее чем богинями и желание быть, как они, заставляло встать в 5 утра, чтобы сделать дополнительную растяжку.
Ну и в помощь крепкой психике, конечно, биология.
Физическая нагрузка влияет на выработку белка BDNF (Brain-Derived-Neurotrophic Factor), спортивные врачи называют его удобрением для мозга. Этот белок напрямую связан с памятью, обучаемостью, формированием воспоминаний и гибкостью мышления, а его недостаток связывают с развитием болезни Альцгеймера и тревожными расстройствами.
Также профессиональный спорт тренирует лобные доли коры головного мозга, которые в ответе за когнитивную гибкость – способность быстро менять стратегию, рабочую память – умение удерживать в голове позиций всех игроков на поле (в синхронном плавании, например, этот навык выражается в необходимости постоянно контролировать собственную технику, а также не терять из вида напарниц) и тормозной контроль – умение сдерживать агрессивный порыв ради правил и командной дисциплины.
Так в процессе многолетних тренировок и соревновательной практики формируется не только красивое тело, но и мощная ментальная база, обеспечивающая спортсмена той самой уверенностью, на которую реагируют окружающие, за доли секунды проникаясь симпатией к этому «компетентному и надежному человеку».
Итак, спортивная уверенность в себе – это хорошо, но все же иногда плохо. А именно тогда, когда это качество трансформируется в тщеславие и надменность. Человек, многого добившийся в спорте, не может реализовать себя в обычной жизни, о которой он ничего не знает и которой до его наград (неожиданно!) нет никакого дела. И надо все начинать с сначала и быть никем, а ты ведь такой великий и большой. Этот сюжет почти классика и обратная сторона медалей — грустная, а порой и неловкая. Когда в 40 лет человек с медалями ОИ или ЧМ ментально затормозил на уровне подростка из училища Олимпийского резерва, при этом сам он об этом не в курсе, картина так себе. Однако у тех, у кого получилось обнулиться и открыть для себя то, что жизнь гораздо больше и интереснее бортика бассейна/корта/зала/футбольного поля, получилось пережить дезориентированность и чуждость среды, им их усилия в детстве окупятся сторицей и послужат в любом другом деле, ведь у них в арсенале стойкость, эта самая уверенность в себе, фора физически красивого человека, стабильное поведение и умение переживать неудачи. Говорю это, как тот, кто пережил этот «конец жизни» в шестнадцать лет и сейчас очень радуется тому, что все сложилось так, как сложилось.
